WWW.FST.MY1.RU

Сегодня

Добро пожаловать!

ФЕНОМЕНОЛОГИЯ СОЦИАЛЬНЫХ ТРАНСФОРМАЦИЙ

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Ðåéòèíã LegProm.Ru HotLog EOMY TOP 100 bigmir)net TOP 100 Rambler's Top100 Яндекс цитирования Участник Премии Рунета 2009 www.socio.isu.ru www.socio.my1.ru
Page copy protected against web site content infringement by Copyscape

COPYRIGHT © 2009-2013 КАФЕДРА ГОСУДАРСТВЕННОГО И МУНИЦИПАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ИСН ИГУ





Четверг, 14.12.2017, 12:05
| RSS
Феноменология социальных трансформаций
Главная
Материалы конференций и семинаров


Главная » Файлы » МАТЕРИАЛЫ СЕМИНАРОВ » «Трансформация артефактов и артефакты трансформации»

Идеологическое пространство: старые символы в новой политике
[ Скачать с сервера (579.4Kb) ] 13.05.2010, 21:28
Идеологическое пространство: старые символы в новой политике
О.А. Полюшкевич 

Данная статья является попыткой показать изменения, происходящие в идеологическом пространстве, через материальные символы городской среды. Поводом для размышления стала реконструкция Харлампиевской Церкви, что находится на углу улиц Горького и 5-й армии (Харлампиевской и Троицкой).
Михайло-Архангельская Харлампиевская церковь была построена в 1738 году на средства мореплавателя и торговца Емельяна Югова. Изначально она была деревянной, а в 1777 году началось строительство каменного здания храма. В церкви несколько приделов, в том числе во имя архистратига Михаила и священномученика Харлампия, поэтому церковь именуется Михайло-Архангельской Харлампиевской. Храм ещё называют Морским. Декор на фасаде символизирует карты. В единой связи с церковью была возведена колокольня, и в 1797 году на неё был водружён большой колокол весом 263 пуда 20 фунтов (около 4,5 тонн).

 

Рис.1. Харлампиевский храм в 1901 г.

Во время революции 1917 года церковь была частично разрушена, а в 1932 году закрыта после соответствующего постановления ВЦИК. В советские годы здание храма использовалось под общежитие и под библиотеку. В 1995 году указом Президента РФ церковь была объявлена памятником культуры федерального значения и принята под государственную охрану, а в 1998 году здание храма возвращено Иркутской епархии, в 2003 г. был разработан проект реставрации. Масштабная реставрация церкви началась в 2006 году. В настоящее время, хотя восстановление не закончено, в церкви проводятся богослужения.

 

Рис.2. Харлампиевский храм в 2000 г.

В своем анализе мы опирались на концепцию симулякров Ж. Бодрийяра [1]. Под симулякром Бодрийяр понимает образ или символ, который «скрывает» свое искусственное происхождение. В симулякре не только отрицается связь с прообразом реальности, или референтом, но и стирается свидетельство отсутствия такой связи. Таким образом, симулякр подменяет источник имитацией, которая в ряде случаев выглядит более убедительной и «реальной», чем сама реальность.
Идеологическое пространство – также неоднозначное понятие. Оно значительно шире идеологии (она зачастую задается извне, конструируется властью, мыслителями и т.д.), а идеологическое пространство может испытывать влияние как извне, так и обладать внутренней динамикой и статикой. Причем, все образы, символы и знаки идеологического пространства всегда влекут за собой эмоциональное восприятие и реакцию, тогда как идеология может вызывать в большей степени созерцательные интенции, касающиеся рационально-объективной характеристики). В нашем понимании – идеология – это способ количественного структурирования мира, а идеологическое пространство – это качественная характеристика данного процесса.
Идеологическое пространство, в самом широком контексте – есть реализация человеческих желаний, устремлений, надежд в пространство материальных предметов культуры. Пространство Иркутска (особенно центральной его части) практически повсеместно пронизано ими. Символы образуют сигнификационные системы, ансамбли, воздействующие на сознание и бессознательные психические реакции людей, а тем самым и на их поведение. Т.е. наше поведение определяется тем, где мы находимся. Только мы не всегда замечаем это.
Всему идеологическому пространству присуще символическое значение. Большинство социокультурных символов несут в себе и идеологическое значение. С этой точки зрения, любой храм, костёл, мечеть, синагога или дацан несут в себе определенные идеологические значения. Религиозный памятник – это способ и средство передачи традиции, связи между поколениями, способ формирования нового языка, новой культуры горожан.
Харлапиевский храм утратил добрую половину вышеперечисленных характеристик. Восстановленный Храм – это наследник Храма дореволюционного. Но все же памятником ближайшие 100 лет навряд ли станет, т.е. он является лишь симулякром исторической памяти. Реконструкция храма преследовала несколько целей – восстановление исторической справедливости – возвращение здания храма в лоно церкви; социально-культурное возрождение Иркутска; политическая подоплека и так деле, т.е. активизируется конструирование новых симулякров. Подтверждением тому выступают две линии: первая – официальная, государственная; вторая – отражающая массовые установки, социальную идентификацию жителей Иркутска.

 

Рис.3. Харлампиевский храм в 2009 г.

В рамках первой, Харлапиевский храм утратил свою историческую ценность в силу не реставрации, а реконструкции здания (это внешняя форма проявления симулякра). Главное условие при использовании памятников – реставрация без ущерба для объекта культурного наследия. А фактически проведен комплекс общестроительных работ, не имеющих ничего общего с реставрацией [более подробно см. 2, 3]. Поэтому возникает конфликт между законодательством об охране объектов культурного наследия, реставрационными нормами и политикой государства по передаче культовых сооружений из ведения государства в ведение религиозных организаций. Замораживание реставрационных работ Харлампиевского храма практически на финальной стадии – тому лишнее свидетельство.

 

Рис.4. Харлампиевский храм в 2010 г.

В рамках второй, мы можем утверждать, что общественное мнение иркутян также не однозначно, но тут выступают совсем иные симулякры. В рамках учебного процесса, студентами Института социальных наук был проведен пилотажный уличный опрос жителей города Иркутска на тему «Восприятие Харлампиевского храма в сознании иркутян». Всего опрошено 120 человек. Полуформализированное интервью позволило выявить несколько психологических установок горожан по восстановлению данного храма и вообще реставрационных работ в области историко-культурного наследия Иркутска.
Из опроса стало ясно массовое сознание иркутян разорвано не однородно – оно формирует различные схемы и способы объяснения происходящих событий, благодаря активизации симулякров. Ответы участников исследования на вопрос «Что означает лично для Вас восстановление Харлампиевского храма?», позволили нам сформулировать несколько типажей респондентов (типология респондентов – условная).
1. Скептики. Представители данной группы, весьма скептично оценивают роль данного храма в городе Иркутске и воспринимают его как неразумный объект вложения денег из созданного губернатором Тишаниным внебюджетного Фонда Иркутской области. Ими же – данное событие воспринимается как политическая игра – а не как восстановление исторической справедливости («Тишанин вел свою игру и ставил на «нужные» рычаги – они и работали», «благодаря восстановлению храмов, зданий, памятников – только деньги отмываются», «те, кто стоят у власти – хотят денег больше, а не о культурном наследии думают»).
2. Критики-моралисты. Представители данной группы отмечали, что восстановление этого храма (как впрочем и всех других) – это стремление всех «неправедных» людей «обелить» себя – «на реконструкцию храмов и церквей жертвуют деньги те, кто заворовался и пытается как-то себя оправдать, простым людям – это не под силу», «те, кто жертвует большие деньги – в чем то сильно виноваты».
3. Безразличные. Респонденты данной группы весьма индифферентно относятся к восстановлению храма. Для них – это всего лишь очередное старое здание Иркутска, которыми он итак богат («одним красивым зданием стало больше в центе города», «хорошо, когда все выглядит прилично»).
4. Справедливые. Данная группа респондентов говорила о важности не столько религиозного возрождения, сколько историко-культурного сохранения памяти о прошлом и важности передачи этого знания потомкам – «историческая роль Харлампиевского храма – велика, поэтому, историю надо знать и памятник – сохранять», «культурные традиции передаются более полно через реальные символы, такие как церкви, храмы, монастыри и т.д.».
5. Набожные. Для этой группы респондентов – возрождение храма является формой духовного возрождения России («нахождения пути к Богу», «восстановления связи с Богом»).
Мы видим, что мнения иркутян не однородны, а это значит – что смысловая нагрузка восстановленного храма еще далека от завершения и будут возникать новые симулякры для объяснения и интерпретации. Станет ли он государственным символом в Иркутске? Возможно, но для этого, должно пройти еще не одно десятилетие, чтобы все новые и новые поколения иркутян – воспринимали данный Храм как цельный элемент, влитый в образ Иркутска. Сознание людей не может существовать без символов, выражающих значимые события, ключевые вехи исторического развития, способные консолидировать общество – возникающие симулякры могут как способствовать, ускорять эти процессы, так и тормозить их.
Подтверждением этого, может быть деятельность служителей храма, направленная не только на восстановление храма, ведение религиозно-духовного просвещения, но и на включение в культурно-просветительскую жизнь г. Иркутска. В частности, раз в два месяца проходят встречи прихожан, «культурных деятелей» (писателей, поэтов, художников г. Иркутска) и предпринимателей с целью обсуждения насущных социально-экономических проблем, знакомство с новыми работами друг друга, вовлечения молодого поколения в этот процесс взаимодействия. Т.е. храм выступает посредником между официальной и неофициальной культурой, он выполняет социально-культурные функции, тем самым, теряя духовное начало, но усиливая – социально-культурное.
Конечные смыслы идеологического пространства (в данном случае – архитектурного религиозного символа) в теории Альфреда Шюца [4, С. 424], перемещаются в область смыслов бесконечных. Начинается новая самостоятельная жизнь, новое «прочтение» смысловых функций памятника, которое, в принципе, носит открытый характер, ибо оно обусловлено изменениями общей культурной ситуации в городе и актуальными духовными запросами населения. И тем самым, идеологическое пространство города формируется как плюралистичное, многоликое поле знаков, позволяющее применять множество истолкований и ориентиров.
Реконструкция данного храма может иметь две причины и, одновременно, два следствия – либо восстановления бывшей идеологии и национальной идеи, либо полного разрыва с прошлым. В визуальном и социальном пространстве города – это знаки и символы одного ряда – хотя по факту – они символизируют разное состояние бывшей или настоящей политики. Между двумя эпохами нет разрыва, между ними есть – новое идеологическое пространство со старыми символами в новых значениях и интерпретациях.
Литература
1. См.: Бодрийяр Ж. Символический обмен и смерть / Ж. Бодрийяр. – М.: Добросвет, 2000 - 387 с.
2. Машерова А. Харлампиевский храм - или новодел с недоделками? / А. Машерова / Сайт Бабр [электронный ресурс] URL: http://news.babr.ru/?IDE=83536 (дата доступа 12.05.10).
3. Орлова Е. Харлампиевская церковь под угрозой исключения из списка памятников федерального значения / Е. Орлова / Сайт Байкал24 [электронный ресурс] URL: http://baikal24.ru/page.php?action=showItem&type=article&id=8469 (дата доступа 12.05.10).
4. См.: Шюц А. Избранное: Мир, светящийся смыслом / Пер. с нем. и англ. / А. Шюц. – М.: Наука, 2004. – 587 с.
Категория: «Трансформация артефактов и артефакты трансформации» | Добавил: Админ
Просмотров: 1561 | Загрузок: 574 | Рейтинг: 5.0/1 |
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

COPYRIGHT © 2017 КАФЕДРА РЕГИОНОВЕДЕНИЯ И СОЦИАЛЬНОЙ ЭКОНОМИКИ ИСН ИГУ