WWW.FST.MY1.RU

Сегодня

Добро пожаловать!

ФЕНОМЕНОЛОГИЯ СОЦИАЛЬНЫХ ТРАНСФОРМАЦИЙ

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Ðåéòèíã LegProm.Ru HotLog EOMY TOP 100 bigmir)net TOP 100 Rambler's Top100 Яндекс цитирования Участник Премии Рунета 2009 www.socio.isu.ru www.socio.my1.ru
Page copy protected against web site content infringement by Copyscape

COPYRIGHT © 2009-2013 КАФЕДРА ГОСУДАРСТВЕННОГО И МУНИЦИПАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ИСН ИГУ





Воскресенье, 19.11.2017, 07:33
| RSS
Феноменология социальных трансформаций
Главная
Материалы конференций и семинаров


Главная » Файлы » МАТЕРИАЛЫ СЕМИНАРОВ » «Трансформация артефактов и артефакты трансформации»

Дискурсивно-символическая трансформация маргинальных групп отечественного социума (1984 – 2008)
[ Скачать с сервера (15.9Kb) ] 13.05.2010, 09:58
Дискурсивно-символическая трансформация маргинальных групп отечественного социума
(1984 – 2008)*
П.Л. Кузнецов

Как известно, маргиналами является совокупность людей, вышедшая из одной социальной группы, но не вошедшая в другую. Традиционно маргиналами являются безработные, алкоголики, наркоманы, нищие. В результате социальных потрясений количественный и качественный состав маргиналов значительно увеличивается: маргиналами становятся пенсионеры, рабочие (в результате пауперизации), беспризорники и др. 
Маргиналы были и в советское время: их основу составляли малообеспеченные слои, алкоголики и, в некоторые периоды, беспризорники. Рассмотрим каждую из этих групп подробнее:
1) Бедные в СССР были всегда (равно как и в других государствах), однако существование малообеспеченных слоёв населения противоречило принципам социализма, а потому, длительное время проблема бедности в стране была под запретом. Учёные СССР стали исследовать бедность на рубеже 1950-ых – 1960-ых г.г., одновременно «с появлением статистики распределений заработной платы и доходов» [8; 33]. Однако эта информация не афишировалась, была «под грифом "ДСП" или даже "Секретно"» [8; 33]. Тем не менее, советское руководство не игнорировало проблему: в начале 1970-ых была разработана программа помощи детям в малообеспеченных семьях [8; 33]. Действие программы в купе с постоянно проводимой политикой развития производительных сил привели к тому, что доля бедных в советском обществе была не слишком высока: «в конце 60-х годов доля малообеспеченных ("бедных") составляла 29,6%, в конце 70-х годов - 32,1%, в конце 80-х годов - 30,7%» [8; 34].
2) Алкоголизм в России имеет крепкие исторические корни и мощное древо. В советское время алкоголиков также было много, и государство неоднократно принимало меры по борьбе с пьянством – в 1958, 1972, 1985 г.г., – однако они не были эффективны. «После каждого из указанных периодов резкой активизации антиалкогольной борьбы размеры негативных последствий потребления алкоголя заметно увеличивались, а общество сталкивалось с еще большим распространением пьянства и алкоголизма» [3;72]. Более того, значительную «помощь» населению в «борьбе» с антиалкогольными кампаниями, всегда оказывали самогон и суррогаты.
3) Беспризорниками называются несовершеннолетние лица, являющиеся полными сиротами (либо детьми лиц, лишённых родительских прав), занимающиеся бродяжничеством. Безнадзорники отличаются от беспризорников наличием хотя бы одного родителя, не лишённого родительских прав. Существование сирот неизбежно в любом обществе, однако, распространение маленьких бродяг является индикатором его благополучия.
В советское время проблема беспризорности (безнадзорности) была особенно актуальна в 1920-ые и в 1940-ые г.г. как результат гражданской и Великой отечественной войн. «В 1921 г. их насчитывалось 4.5 млн. чел., по другим данным в 1922 г. было 7 млн. беспризорников. Для ликвидации массовой детской беспризорности потребовалось примерно 15 лет. В советской России борьба с беспризорностью стала политической задачей» [6; 94].
Следующий всплеск количества сирот пришёлся на 1940-ые г.г. Одновременно увеличилась детская преступность. «Например, количество преступлений, совершенных несовершеннолетними в 1942 г., возросло по сравнению с 1941 г. на 61%, в 1944 г. - на 181%» [6; 98]. К 1960-ым г.г. проблема уличных бродяжек также была решена, они были помещены в соответствующие учреждения [6; 98].
Таким образом, в начале 1980-ых г.г. в СССР реально существовали проблемы бедности и пьянства, официально не признаваемые таковыми, что показано в ТСА. В 1984 г. в печати освещаются только проблемы маргиналов капиталистических стран, мы не будем подробно останавливаться на анализе их статуса.
Трансформацию категории «маргиналы» с 1985 по 2008 г.г. можно условно разделить на 3 этапа:
1. 1985 – 1991 г.г. «Появление» маргинальных групп в Советском Союзе.
2. 1992 – 1999 г.г. Усугубление процессов маргинализации населения в России.
3. 2000 – 2008 г.г. Снижение внимания к маргиналам в печати.
Первый этап. «Появление» маргинальных групп в Советском Союзе. (1985 – 1991 г.г.)». В 1985 г. объявляется новая антиалкогольная кампания в СССР. «В апреле 1985 г. было принято очередное постановление Политбюро о борьбе с пьянством и алкоголизмом. Было восстановлено Общество борьбы за трезвость. У большинства населения воспоминания об этой кампании связаны главным образом с огромными очередями. Производство спиртного было свернуто, вновь повышена цена на водку, потом были введены талоны. По отношению к появлявшимся в нетрезвом виде применялись суровые меры, никакие оправдания не принимались в расчет. Власти пытались административными мерами и лозунгами насадить безалкогольные обычаи, например - "безалкогольные свадьбы"» [7; 75]. В связи с этим в газете «АиФ» В 1985 г. в газете «АиФ» появляются первые упоминания о советских пьяницах. Отношение к ним отрицательное, либо нейтральное. Доминирующие символы – «проблема общества», «хронические» (алкоголики), «спиваются», «гибнут» – в купе с оценочным контекстом отражают, скорее мнение Партии, чем народа, поскольку отношение к пьяницам в нашей стране традиционно гуманное. Советские люди более терпимы к алкоголикам, чем к убийцам, наркоманам или представителям сексуальных меньшинств» [7; 76]. Согласно опросам лишь 8% советских граждан предлагали ликвидировать пьяниц, а 54% были готовы оказать им помощь [7; 76].
В 1986 г. антиалкогольная кампания продолжается, а к 1987 г. заканчивается. Поэтому в 1986 и 1987 г.г. частота упоминания и объём внимания к советских алкоголиков снижаются, причём настолько, что в 1987 г. анализ объекта «алкоголики» затруднён. В 1986 г. отношение к пьяницам в Советском Союзе только отрицательное, они характеризуются с помощью таким символов, как «борьба с пьянством», «ведомые», «любят выпить», то есть осуждаются несамостоятельные люди, идущие на поводу у «зелёного змия».
В 1987 г., как уже указывалось, частота упоминания советских алкоголиков снизилась ниже критической отметки: проведение анализа невозможно. Это обусловлено окончанием антиалкогольной кампании, которая не отучила советских граждан от бутылки, но в целом «по стране продолжительность жизни мужчин увеличилась на 2,6 года. Производственный травматизм из-за пьянки сократился на 20%, число дорожно-транспортных происшествий уменьшилось на 30%» [7; 76]. Также снижается частота упоминания западных маргиналов. Теперь они характеризуются не так ярко – «нищие», «обездоленные», «голодают».
В 1988 году исследуемая категория не встречается.
В 1989 г. в печати появляются статьи о маргиналах в СССР. Символическая триада – «бедняки», «больные», «опускаются» (на социальное дно). Она вскрывает проблемы, существующие в советском социуме, оказывается, что при социализме тоже могут быть бедняки. Впрочем, отношение к советским маргиналам неоднозначное, что объясняется появлением наркомании и обострением алкоголизма. Именно к этим группам маргиналов в основном относятся аффективный и деятельностный символы года.
В следующем, 1990 году, доминирующие символы – «нищие», «пенсионеры», «неимущие», «беспомощные», «просят» (помощи). Теперь уже и пенсионеры, казалось бы, заслужившие себе достойную старость трудом в мирное и военное время , обречены на нищенскую старость. Таким образом происходит окончательная дискредитация руководства СССР, как неспособного обеспечить достойную старость людям, многое сделавшим для страны.
В 1991 г. символическая триада свидетельствует о неудовлетворительном положении безработных в СССР: «безработные», «нуждающиеся», «попрошайничают». Отношение к советским маргиналам в 1991 году также неоднозначное, что объясняется наличием статей о тунеядцах, которые не хотят работать, не имеют целей в жизни.
Таким образом, за время перестройки (1985 – 1991 г.г.) произошло смещение общественного мнения от критики капиталистических стран к критике СССР. Причём объектом критики здесь выступали не абстрактные «магнаты» или далёкий от проблем общества Президент Рейган, а черты, присущие советскому обществу, касающиеся каждого, особенно в условиях ухудшения социально-экономического положения в стране, появления тотального дефицита, повышения цен, расшатывании экономики.
Второй этап. Усугубление процессов маргинализации населения в России (1992 – 1999 г.г.). В 1992 г. происходит либерализация цен, замораживание вкладов советских граждан в Сбербанке, в результате чего происходит колоссальное обнищание населения, «доходы населения в среднем упали в 2,5 раза» [8; 34]. Если высчитывать порог бедности по советским показателям, то доля бедных в 1992 г. составила 70 – 80% [8; 34]. Согласно данным Федеральной службы статистики индекс потребительских цен за 1992 г. составил 2608,8%; а за 1993 год – 939,9% [5].
«Кризис 17 августа 1998 г. явился вторым сокрушительным ударом по российскому населению. В январе 1999 г. минимальная заработная плата составляла 10,6% от прожиточного минимума и равнялась 3 долларам США в месяц, т.е полностью утратила свой социально-экономический смысл» [8; 35].
«Отказ в январе 1992 г. от государственной монополии на производство и продажу винно-водочной продукции, переход к рыночным отношениям привели к полнейшей дезорганизации и хаосу в этой сфере. Одним из последствий стало резкое ухудшение структуры производимой алкогольной продукции, доля водки в которой к концу 90-х годов, по данным Госкомстата, выросла до 80% против 49 в 1984 г., соответственно доля вин уменьшилась с 40 до 7%, а пива - выросла с 10 до 13%» [3; 71]. Причины увеличения доли потребления водки кроются также в тяжёлом социально-экономическом положении России образца 1990-ых г.г.
В 1995 – 1998 г.г. Правительство принимает меры по урегулированию ситуации на рынке алкогольной продукции, в результате чего несколько снизились размеры нелегального оборота алкоголя, а также смертности от отравлений. Однако после 1998 г. вновь стала проявляться тенденция роста смертельных отравлений от алкоголя» [3; 71-72].
Снижение уровня доходов населения в сочетании с алкоголизацией привела к массовой маргинализации. С особенной силой это проявилось в сельской местности и монопрофильных городах.
Специфической чертой российской трансформации стало появления такого типа маргиналов как вынужденные переселенцы. В 1995 г. было зарегистрировано 271977 вынужденных переселенцев [4].
Социальной болезнью больших городов стала в начале 1990-ых г.г. наркомания, которая, впрочем, довольно быстро распространилась по всей территории России. Наркоманами, в отличие от алкоголиков, становились, как правило, представители молодёжи. За 1990-ые выросло количество лиц, употребляющих героиновые наркотики. «Их количество в 2001г. по России - 166436 человек (35% от общего числа поставленных на учет); опийная наркомания имела место у 140800 человек (29,6%), канабиодная - у 68553 человек (14,4%)» [10; 104].
1992 г. по ТСА отражает процессы, происходившие в то время в стране. Символическая триада – «инфляция», «малообеспеченные», «дотируются» – характеризует социальные последствия уже упоминавшейся «шоковой терапии». Многократное повышение цен привело к образованию армии бедняков, нуждающихся в помощи государства. В начале 1990-ых на всех уровнях власти были введены льготы для пенсионеров, инвалидов и других маргиналов, подчас не подъёмные для местных бюджетов (например, в начале 1990-ых г.г. был введён бесплатный проезд в общественном транспорте большинства Российских городов для многодетных матерей, пенсионеров, инвалидов).
В 1993 г. частота упоминания категории настолько мала, что ТСА затруднён. Снижение частоты в 1993 г. объясняется более спокойным в экономическом плане 1993 г. по сравнению с 1992 и 1994 г.г., а также накалом политической борьбы между Б.Н. Ельциным и депутатами Верховного Совета. Поэтому внимание общественности было отчасти переключено с экономической сферы на политическую.
В 1994 – 1998 г.г. продолжается массовая нисходящая социальная мобильность населения. Когнитивный символ 1994 г. («безработица») трансформируется в «тунеядцы» в 1995 г. Причем, если в 1994 г. маргиналы «неимущие», «пьют» и «спиваются», то в 1995 г. «безработные», «наркоманят». Это говорит об укоренении маргинализации населения России.
В 1996, 1997 и 1999 г.г. встречается когнитивный символ «молодёжь», что свидетельствует о включении в процесс маргинализации младших возрастных групп. В 1998 г. превалирует когнитивный символ «пенсионеры», подтверждает обнищание лиц старшего возраста. Таким образом, подтверждается информация о нисходящей социальной мобильности абсолютного большинства населения, всех возрастных групп.
В 1997 г. получают распространение когнитивные символы «деградация» и «люмпены». Люмпены «наглые», «грязные», «попрошайничают», «подсаживают», «воруют», «скитаются». Если проследить за всеми доминирующими символами, то можно выделить основные этапы маргинализации: инфляция, безработица, алкоголизм, деградация, люмпены.
Вообще, на 1990-ые приходится максимум частоты упоминания категории (в 1996 г.), что свидетельствует о широком распространении обнищания и маргинализации населения.
Отношение к маргиналам противоречивое, абсолютно положительную оценку маргиналы получают в начале 1990-ых (1991 и 1992 г.г.), что является свидетельством проявления жалости к первым согражданам, выброшенным за борт и относительно низким уровнем распространения внеправовых практик со стороны так называемых «новых бедных» [2; 61]. В 1998 г. отсутствие негативных оценок объясняется тем, что почти все статьи посвящены пенсионерам и инвалидам, а одна – распространению наркомании в школах без оценки наркоманов.
В другие годы встречается негативное отношение к маргиналам. Особенно большую неприязнь вызывают наркоманы. В то же время отношение к нищим со стороны общества нейтральное, либо положительное. Таким образом, происходит разделение маргиналов по отношению к ним общества. Негативное отношение общества вызывают нарушители общественного спокойствия, опасные для общества маргиналы. Это является одной из причин атомизации российского общества, наблюдавшуюся с 1990-ых годов.
Третий этап. Снижение внимания к маргиналам в печати (2000 – 2008 г.г.). Новый век Россия встретила, погрузившись в социальную депрессию. «Неуклонно растущая на протяжении многих лет алкоголизация населения приобрела к началу XXI века характер масштабного бедствия для России, создающей реальную угрозу национальной безопасности, социальной защищенности граждан» [3; 72].
Серьёзные размеры приобрела беспризорность, беспризорники уже стали привычным явлением на улицах городов. «По данным Правительства их число на начало 2002 г. в стране составляло 1 млн. +100 - 130 тыс. человек. В то же время по оценкам МВД и Генпрокуратуры их число достигает 2 - 2,5 млн., а по оценкам Совета Федерации и независимых экспертов - 3-4 млн., приближаясь к количеству беспризорных в 1921 г. (4,5 - 7 млн. чел.) - результат разрушительных и кровопролитных событий той поры» [1; 61]. Было отмечено, что «беспризорные "рекрутируются" в основном из неполных семей» [1; 68]. Вообще, беспризорность – это своего рода социальный лифт, который движется от основной части общества к социальному дну (нисходящая мобильность). Таким образом, малолетние бродяжки не могут рассматриваться в качестве представителей социального дна, равноценно бомжам. Бродяжничество – это всего лишь курс молодого бомжа. Тем более, что беспризорники имеют несколько больше шансов вернуться в общество (за счёт отлова правоохранительными органами).
Характерной чертой 2000 – 2002 г.г. является выход на авансцену сирот (социальных и биологических). Когнитивные символы указанных лет – «беспризорники» (2000 – 2002 г.г.), «сироты» (2002 г.). Аффективный символ – «грязные». Деятельностные символы – «бродяжничают» (2000 – 2002 г.г.), «убивают» (2002 г.), «насилуют» (2002 г.). Всплеск статей про сирот в печати явился следствием уже указанного значительного количества малолетних жителей улицы. Пытаясь выжить в городе, маленькие бродяжки рано впитывают правила жизни взрослых, о чём свидетельствуют Д-символы 2002 г. Неприхотливость и выносливость беспризорников и безнадзорников вытекает из аффективного символа, преобладавшего с 2000 по 2002 годы. Отношение к бродяжкам противоречивое: с одной стороны, они вызывают жалость, с другой – они бывают опасными для общества, нередко совершая правонарушения. Вообще, даже определение беспризорников и безнадзорников в воспитательные учреждения – приюты, интернаты, детские дома – не решает проблему их адаптации и социализации, поскольку сироты в приютах получают неверное представление о жизни. Хорошее снабжение со стороны государства в купе с отсутствием должного обучения сирот самостоятельности и ответственности формируют потребительскую психологию у сирот . Такие сироты в будущем – претенденты на попадание в маргиналы, преступники или на социальное дно.
В течение 2003 – 2008 г.г. каждый год встречаются символы, связанные с алкоголизмом, что показывает отсутствие реальных положительных сдвигов в этой сфере. Деятельностные символы 2003 – 2008 г.г. – «спиваются» (2003, 2006, 2008 г.г.), «наркоманят» (2004), травятся (2005 г.), «гибнут», «умирают» (2006 – 2008 г.г.) – ярко характеризуют состояние российского общества: оно продолжает разлагаться. Ещё слишком высока смертность, низки продолжительность и уровень жизни. Таким образом, мы получили ещё одно подтверждение, что современное российское общество нестабильно. Примечательно, что деятельностные символы, связанные со смертью, встречаются в последние годы. Как раз на осень 2006 года пришёлся пик отравлений спиртосодержащими средствами, отравления были повсеместно по России.
В 2003, 2004 и 2006 г.г. встречаются А-символы, говорящие о ненормальном психическом состоянии: «неадекватные» и «неуравновешенные». Указанные символы относятся к наркоманам и алкоголикам, проявляющим агрессию.
Когнитивный символ «пьянство за рулём» связан с кампанией МВД по пресечению такого распространённого явления, как вождение автотранспорта в нетрезвом виде.
Таким образом, как мы увидели, состояние современного Российского общества трудно квалифицировать как устойчивое. Широкие слои населения относятся к бедным либо живут ненамного лучше бедных. В условиях социальных потрясений (например, мирового финансового кризиса) возможности таких групп сокращаются в первую очередь в результате снижения реальных доходов. Среднего класса у нас нет (о нем подробнее – ниже), таким образом, нет буфера между богатыми и бедными, которых гораздо больше. По оценкам независимых экономистов децильный коэффициент в России на 2004 г. составлял не менее 25:1, в то время как в СССР он был равен 3 -4:1 [9; 6]. Подобная ситуация тупиковая по своей сути для страны, ибо нет и не может быть в таких условиях социальной справедливости, а следовательно желания широких масс на участие в созидательном труде. Наиболее престижными профессиями среди молодёжи остаются юридические, управленческие и экономические. Мало кто из молодёжи желает производить национальное богатство, зато многие желают его распределять и потреблять. Такая позиция малопродуктивна, особенно в условиях сырьевой и полупродуктовой экономики, ориентированной на экспорт. Такой путь не приведёт к возрождению России, а, следовательно, к качественному улучшению социальной структуры, реальных доходов населения и к формированию среднего класса, наконец.

_______________________________
* Статья подготовлена по материалам проекта «Социальное изменение как трансформация символических форм», поддержанного АВЦП Рособразования «Развитие научного потенциала высшей школы (2009-2010 годы)». Грант № 2.1.3./1260. (Руководитель проекта – д.ф.н., профессор Кармадонов О.А.). 
Библиография:
1. Арефьев, А.Л. Беспризорные дети России / А.Л. Арефьев // Социологические исследования – 2003. - №9. – С. 61-72.
2. Беляева, Л.А. Социальные слои в России: опыт кластерного анализа. / Л.А. Беляева // Социологические исследования. – 2005. - №12. – С. 57-64.
3. Заиграев, Г. Г. Пьянство в России как реальная угроза национальной безопасности / Г.Г. Заиграев // Социологические исследования. – 2001. - №11. – С. 69-76.
4. Индексы потребительских цен на товары и платные услуги населению по Российской Федерации в 1991-2008гг. URL: http://www.gks.ru/free_doc/new_site/prices/potr/2009/I-ipc91-08.htm (дата обращения 31.07.2009).
5. Кривоносов, А. Н. Исторический опыт борьбы с беспризорностью / А.Н. Кривоносов // Государство и право. – 2003. – №7. – С. 95-97.
6. Николаев, А.В. Антиалкогольные кампании XX века в России / А.В. Николаев // Вопросы истории. – 2008. - № 11. – С. 67-78.
7. Римашевская, Н.М. Бедность и маргинализация населения / М.Н. Римашевская // Социологические исследования. – 2004. - №4. – С. С. 33-43.
8. Руткевич, Н.М. Социальная структура / Н.М. Руткевич. – М.: Альфа-М. – 2004. – 272с.
9. Численность вынужденных переселенцев и беженцев [Электронный ресурс] // Федеральная служба государственной статистики. Официальный сайт. URL: http://www.gks.ru/bgd/regl/b08_11/IssWWW.exe/Stg/d01/05-10.htm (дата обращения 5.05.2010)
10. Явчуновская, Т.М. Социальная характеристика женской наркопреступности / Т.М. Явчуновская, И.Б. Степанова // Социологические исследования. – 2008. - №2. – С. 102-106.
Категория: «Трансформация артефактов и артефакты трансформации» | Добавил: Админ
Просмотров: 841 | Загрузок: 574 | Рейтинг: 5.0/1 |
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

COPYRIGHT © 2017 КАФЕДРА РЕГИОНОВЕДЕНИЯ И СОЦИАЛЬНОЙ ЭКОНОМИКИ ИСН ИГУ