WWW.FST.MY1.RU

Сегодня

Добро пожаловать!

ФЕНОМЕНОЛОГИЯ СОЦИАЛЬНЫХ ТРАНСФОРМАЦИЙ

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Ðåéòèíã LegProm.Ru HotLog EOMY TOP 100 bigmir)net TOP 100 Rambler's Top100 Яндекс цитирования Участник Премии Рунета 2009 www.socio.isu.ru www.socio.my1.ru
Page copy protected against web site content infringement by Copyscape

COPYRIGHT © 2009-2013 КАФЕДРА ГОСУДАРСТВЕННОГО И МУНИЦИПАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ИСН ИГУ





Пятница, 24.11.2017, 07:51
| RSS
Феноменология социальных трансформаций
Главная
Материалы конференций и семинаров


Главная » Файлы » МАТЕРИАЛЫ КОНФЕРЕНЦИЙ » КУЛЬТУРА И ВЗРЫВ: СОЦИАЛЬНЫЕ СМЫСЛЫ В ТРАНСФОРМИРУЮЩЕМСЯ ОБЩЕСТВЕ

Взрыв «новой религиозности» среди молодежи: причины и следствия
[ Скачать с сервера (54.5Kb) ] 07.03.2010, 22:15
Взрыв «новой религиозности» среди молодежи: причины и следствия.
П.А. Трескин

Одним из главных условий жизнеспособности социальных систем являются различные идентификации их членов. Особая роль в формировании социокультрных механизмов принадлежит религии и религиозной идентичности. Религии выступали их основным инструментом в традиционных обществах, но и в современных условиях не утратили своей роли. Понятие «новая религиозность» и его производные («новые религии», «новое религиозное сознание», «новые религиозные движения», «нетрадиционная религиозность» и т.д.) широко используется в современных гуманитарных науках (прежде всего, в религиоведении и культурологии). Так, по словам П.С. Гуревича, «феномен нетрадиционной религиозности – одно из характерных явлений современной духовной жизни. Суть его состоит в распространении вероучений, не связанных с привычными, традиционными религиями. Спектр этих увлечений довольно широк. Не случайно и то, что они по-разному обозначаются и в культурологии: «внеисповедная религиозность», «светский гуманизм», «эзотерическая (т.е. предназначенная для посвященных) культура», «бунтарские духовные искания», «внеконфессиональная (т.е. внеисповедная) религиозность». Эти термины не все точны и удачны…» Сам П.С. Гуревич предпочитает пользоваться понятием «новые религии»; но, на наш взгляд, правомернее говорить о «новой религиозности» [3].
К феномену новой религиозности можно отнести как религиозные (в узком смысле, т.е. институциональные) направления, так и направления неинституциональной религиозности, в том числе те, которые обычно не причисляют к религиозным (но в нашем понимании они религиозны, поскольку дают систему ориентации и объекты поклонения). Последнюю группу направлений часто относят к «квазирелигиозности». Считается, что она отличается от собственно религиозности «…объектом поклонения: если религиозным формам сознания присуща вера в сверхъестественное существо, то квазирелигиозность, хотя и характеризуется теми же особенностями, что и религиозность, предполагает веру в естественные события, в личности (культ личности, например), а также процессы и создание на основе подобной веры определенных социальных мифомоделей, как правило, находящих отражение и поддержку в массовом сознании. Элементы квазирелигиозности присущи многим новым религиозным течениям, вневероисповедной мистике в современной России.
Особо значимым представляется изучение религиозных компонентов идентификационных процессов в транзитивных обществах.
Современная модернизация, часто приобретающая формы вестернизации, предполагает выработку новых моделей идентичности. Обновление и взаимодействие религиозных систем при этом оказывается существенной частью процесса в целом. Как показывают статистические данные – атеизация населения отнюдь не является доминирующей тенденцией. За последние 30 лет в России доля полагающих себя неверующими упала наполовину; напротив, доля сторонников практически всех вероисповеданий существенно возросла: православных до 40-60 миллионов (по разным оценкам), протестантов – до 0,7-1 миллиона, мусульман – 15-20 миллионов, последователей нетрадиционных течений – 0,3-0,4 миллиона. За 90-е годы общее количество религиозных объединений в России выросло в 2,4 раза, при этом Русской православной церкви – в 2,5 раза, католической в 5 раз, исламских – в 3,2 раза. Резко возросло воздействие религии на культурную жизнь, системы образования [2, c. 48].
Согласно опросам, проведенных в 1999 г., в переселение душ верит 21%, в астрологию – 42%, в магию – 45%, в колдовство – 47% россиян. Верит в Бога 61%, но при этом Бог очень часто понимается как «что-то вроде Духа или жизненной силы», а христианские представления о возможности личных отношений с Богом, веру в загробную жизнь и воскресение мертвых разделяет незначительная часть опрошенных [1]. Из результатов своего исследрвания К. Каариайнен и Д. Фурман делают вывод о том, что в современном российском обществе наблюдается как упадок православного и атеистически-коммунистического мировоззрений, так и постепенное исчезновение целостных мировоззрений вообще. «Будущее (а в громадной мере уже и настоящее) российских мировоззрений, российского отношения к основным вопросам бытия – это будущее, при котором подавляющее большинство, практически все, во что-то немножко вроде бы и верят, но вроде бы и не верят, торжество мировоззренческой неопределенности. <…> Большинство же так и будет всю жизнь искать, перебирая разные идеи и мировоззрения, переходя от чтения Бубера к «трансцендентальной медитации» и от «Добротолюбия» к шаманизму или, при более низком образовательном уровне, – от Кашпировского к Чумаку и от экстрасенса к колдуну и увлеченно создавая неустойчивые, чисто индивидуальные и эклектические комбинации». По мнению авторов, будущее - за этим «ищущим» типом людей, представителей нетрадиционной эклектической религиозности, у которых терпимость сочетается с интересом к религии (пусть даже поверхностным), и которые значительно моложе и несколько образованнее «средних русских».
Современная религиозная идентификация граждан России представляет собой сложный конгломерат способов конструирования идентичности. Радикальные секуляризационные тенденции советского общества не искоренили ключевые механизмы идентификации присущие религиозным формам сознания.
Религия и религиозная идентичность в формировании новой религиозности понимается как производное социальной связи, инструмент установления и поддержания социального порядка.
Современные российские ученые неоднозначно оценивают всплеск интереса к новой религиозности в обществе. Некоторые из них, например Л. Митрохин, полагает, что духовный вакуум, образовавший после перестройки, разрушения советской идеологии привел к тому, что у граждан страны стал формироваться устойчивый интерес к традиционным религиям, оккультизму, неоязычеству. Другие, (Л.М. Воронцова, С.Б. Филатов, Д.Е. Фурман) полагают, что распространение религиозности в нашей стране вызвано эффектом маятника – согласно которому, распространение религиозности, и, напротив, атеизма, симметричны, идут теми же путями. Третьи же (Л.Г. Ионин, Л.С. Яковлев, Л.А. Новикова, И.Н. Дунаева и пр.) анализируют и констатируют активный интерес не столько к религиозному, сколько к потустороннему, мистическому, оккультному. Это явление они объясняют так, что в современном обществе институты, которые обеспечивают воспроизводство традиционной религиозности, теряют свои позиции, при этом развиваются и активно пропагандируются установки развития трансцендентных жизненных смыслов, что и является базой для развития эзотерики, мистики, оккультизма, шаманизма и нетрадиционных религий.
Анализ литературы приводит к пониманию религиозных отношений как одной из ключевых сфер идентификации индивида и социальной общности. Механизм формирования религиозной идентичности может пониматься как конструирование идентичности, выступающее важнейшей составляющей процессов изменения любых сложных систем, в том числе, социальных. Адаптивность, следовательно, жизнеспособность систем, предполагает изменчивость, однако при этом неизбежен пересмотр их целостности, границ, самотождественности. Идентичность становится критерием успешности адаптивных изменений. Процессы идентификации индивидов и социальных общностей посредством присвоения фиксируемых различными религиозными структурами ценностно-нормативных систем в недостаточной степени изучены применительно к современному российскому транзитивному социуму.
Мы провели собственное пилотажное исследование на тему: «Роль религиозной идентификации в жизни молодежи». Экспресс-опрос проходил среди студентов различных вузов г. Иркутска (ИГУ, ИрГТУ, ИГЛУ, ИГПУ, БГУЭП) – всего в опросе приняли участие 220 человек.
В ходе исследования мы выяснили, что в целом, положительно воспринимают религию как социальное явление – 43% опрошенных, негативно воспринимают – 38%, и затруднились с ответом – 19%. При этом, верующими считают себя более 70% опрошенных (Среди участников опроса присутствовали представители различных религиозных напарвлений: православие – 29%; буддизм – 10%; ислам – 4%; иудаизм – 3%; католицизм – 3%; новые религиозные движения (например, «New Age», «Русское неоязычество») – 14%; другие – 3% и атеисты – 37%). Отсюда напрашивается вывод, вера и религиозная идентификация и принадлежность – в современном российском обществе не совпадают, а зависят от социокультурных явлений, личной позиции, принадлежности к той или иной группе или общине и пр., что подтверждает идеи Р. Беллаха, П. Бергера, Т. Лукмана, Э. Лэдца и других.
Нами выделено три группы респондентов, определяющих для себя различные уровни и смыслы религиозной идентичности: респонденты, руководствующиеся коллективистским сознанием (46%); индивидуалисты, верующие в Бога (26%) и индивидуалисты с невыраженным религиозным ощущением (28%). При этом они формально принадлежат к какому-либо религиозному движению, но могут оказаться представители всех трех групп, и естественно, по-разному воспринимать эту принадлежность.
Однако, конфессиональные отличия очень важны и значимы для 57% (!) опрошенных молодых людей. Не важны религиозные отличия для 38% и 5% затруднились с ответом. Причем, наиболее важным и значимым пунктом конфессиональные отличия наблюдались у тех, кто идентифицировал себя как православных (45%), мусульман (15%), иудеев (15%), буддистов (10%), «новых религиозных движений» (10%), других (5%). Таким образом, в нашем обществе, конфессиональная принадлежность представлена как форма организации социокультурных различий.
Развитие религиозных представлений в среде молодежи ведет к готовности отстаивать свои убеждения и идеалы в разных сообществах. Отвечая на вопрос – «Готовы ли вы активно пропагандировать идеи своей веры?» - утвердительно ответило 36% опрошенных, 33% – отказались бы от этого и 31% затруднился с ответом. Отвечая следом, на открытый вопрос «Почему?» молодые люди среди утвердительно ответивших высказывались следующим образом: «Чтобы знали, что есть истина» (М.А.), «Чтобы люди не жили во грехе» (Н.П.), «Чтобы знали о высшей цели жизни человека» (Ю.А.) и пр.; те, кто отказались бы рассказывать о своей вере другим – мотивировали это тем, что «Каждый сам приходит к Богу» (Л.А.), «Каждый должен найти сам Бога в себе» (О.Б.), «Либо ты веришь, либо – нет – все остальное ересь» (С.В.) и пр.
На вопрос, для чего вам религия, что она вам дает. Молодые люди также отвечали неоднозначно: «Дает надежду на лучшее» (Н.А.), «Общаясь с теми, кто верит в тоже, что и я, я не чувствую себя одиноким» (К.Е.), «Наша вера нас сближает» (Г.С.), «Религия – это то, что дает почву под ногами» (М.В.), «Религия – это высшая ценность, которая сближает людей» (А.А.) и пр.
Таким образом, наше исследование показало лишь общие тенденции того, что религия является одним из основных факторов конструирования личностной идентичности, а также конструирования социальных общностей и структур. Мы полагаем, что современная ситуация, связанная с религиозной ориентацией идентификационных процессов в существенной степени определяется антиномичностью объективных потребностей в индивидуалистических ориентациях и различных формах групповой идентификации, в силу разрушенных традиционных коллективистских форм взаимодействия, несформированности индивидуалистских основ веры.
Степень религиозности в российском обществе возрастает и четко взаимосвязана с ценностью принадлежности к малым группам, прежде всего – семье, коллективу, группе единомышленников и пр., т.е. тех групп, которые позволяют ощущать человеку сплоченность, единство и силу. Изучение символических показателей изменения религиозной идентичности современной молодежи является одним из наиболее приоритетных исследований в современной науке, т.е. изменение «религиозного» и идентификационного облика современной молодежи очевидно и требует детального анализа.


Список использованной литературы:
1. Каариайнен К., Фурман Д. Религиозность в России в 90-е годы / К. Каариайнен, Д. Фурман // Старые церкви, новые верующие: религия в массовом сознании постсоветской России. Глава 1. – СПб.; М, 2000. –С. 16-18.
2. Капица П.Б. Религиозная ситуация в современной России. / П.Б. Капица – М.: ДеКа, 2008. – 427 с.
3. Рыжов Ю.В. Ignoto Deo: Новая религиозность в культуре и искусстве. / Рыжов Ю.В. – М.: Смысл, 2006. – 328 с.

Категория: КУЛЬТУРА И ВЗРЫВ: СОЦИАЛЬНЫЕ СМЫСЛЫ В ТРАНСФОРМИРУЮЩЕМСЯ ОБЩЕСТВЕ | Добавил: Админ
Просмотров: 1708 | Загрузок: 599 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 5.0/2 |
Всего комментариев: 1
1  
The truth just shiens through your post

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

COPYRIGHT © 2017 КАФЕДРА РЕГИОНОВЕДЕНИЯ И СОЦИАЛЬНОЙ ЭКОНОМИКИ ИСН ИГУ